Лунная походка / MOONWALK.

Наше будущее представлялось нам полным неожиданностей и волнений. Многое менялось в нашем творчестве и в нас самих – менялась наша музыка, семейная жизнь, желания и цели. Все это заставило меня серьезнее задуматься над тем, как я живу – в особенности, в сравнении с моими сверстниками. Я всегда взваливал на себя ответственность, но тут вдруг оказалось, что я нужен всем. Не так уж много я мог дать, и я все-таки должен был отвечать за себя. Мне надо было оглянуться на мою жизнь и постараться понять, что от меня нужно. Мне было трудно, но следовало научиться остерегаться отдельных окружавших меня людей. Первым делом я был всем обязан Богу, затем – матери, отцу, братьям и сестрам. Мне вспомнилась старая песня Кларенса Картера под названием "Заплаты", в которой старшему сыну предлагается взять на себя заботу о ферме после смерти отца, и мать говорит, что полагается ни него. Ну что же, хотя мы не были издольщиками, а я не был старшим сыном, но слишком слабыми были плечи, не которые наваливалась такая ноша. Однако мне почему-то всегда было трудно отказывать в чем-то своей семье и людям, которых я люблю, Попросят меня что-то сделать или о ком-то позаботиться, – и я соглашаюсь, даже если знаю, что это может быть чересчур тяжело для меня.

Я все время испытывал огромный стресс и часто срывался. Стресс – ужасная штука: человек не в состоянии долго держать, свои чувства на замке. Многие недоумевали, действительно ли я так уж предан музыке, когда узнали о моем увлечении фильмами после того, как я снялся в одном из них. Мне намекали, что решение прослушаться появилось у меня не вовремя – для новой группы сейчас неподходящий момент. Людям со стороны казалось, что это решение появилось у меня лишь в самый последний момент. Но вышло все, конечно, хорошо.

Песней "Вот тебе В ответ на любезность" я хотел дать понять, что живу не в башне из слоновой кости, что меня, как и любого юношу, одолевают сомнения. Меня тревожило, что, стараясь достичь вершины в своей области, я упущу возможность познать мир со всем, что он может предложить.

У Гэмбла и Хаффа в первом альбоме, выпущенном "Эпиком", была песня "Мечтатель" на эту тему, и когда я разучивал ее, мне казалось, что ее писали с мыслью обо мне. Я всегда любил мечтать. Я ставил для себя цели, Смотрю на что-то и пытаюсь представить себе, как это со достичь, а потом надеюсь превзойти намеченное.

В 1979 году мне исполнился двадцать один год, и я начал сам заботиться о собственной карьере. Мое соглашение с отцом приблизительно в это время закончилось, и, хотя мне трудно было принять такое решение, возобновлять контракт я не стал.

Уволить собственного отца нелегко.

Но мне просто не нравилось, как он вел дела. А когда в делах замешана семья, может сложиться деликатная ситуацию. Все может идти прекрасно, а может идти ужасно – это зависит от взаимоотношений.

Изменило ли это наши с отцом отношения? Не знаю, изменилось ли в душе его отношение ко мне, но мое уж точно не изменилось, Я был вынужден пойти на этот шаг, так как понял, что работаю на него, а не он работает на меня. Да и в творческом плане мы стояли на абсолютно разных позициях. Он предлагал идеи, с которыми я был совершенно не согласен, потому что это мне не подходило, Я хотел одного – самому распоряжаться своей жизнью. И я начал ею распоряжаться, Это было необходимо. Все« рано или поздно подходят к этой черте, а ведь я работал уже давно, Для двадцатилетнего молодого человека я был достаточно опытен – у меня за плечами пятнадцать лет ветеранского стажа.

Мы стремились побыстрее раскрутить концепцию "Судьбы" и оркестровку, но от частых выступлений я охрип – слишком много пел. Когда нам пришлось отменить некоторые выступления, меня никто не упрекал, но мне казалось, что и мешаю моим братьям продвигаться «перед после огромной работы, проделанной нами вместе. Мы внесли некоторые изменения, чтобы уменьшить нагрузку на мой голос. Марлон взял на себя те места, где нужно было подолгу держать ноту. "Танцуй шейк до самой земли", песня, подготовленная НИМИ ДЛЯ альбома, оказалась нашим спасительным кругом. Обидно было, что мечту о собственной музыке мы осуществили в виде шоу, а не в виде новой песни и не сумели вложить в нее все до последней капли. Впрочем, до нашего торжества недолго оставалось ждать, Оглядываясь назад, я понимаю, что был терпеливее, чем того хотели бы мои братья. При ремиксе "Судьбы" до меня дошло, что у нас "выпали" некоторые вещи, о которых я не говорил с братьями, поскольку не был уверен, что им это так же интересно, как и мне. Фирма "Эпик" оговорила в контракте, что будет выпускать все сольные альбомы, какие я решу записать. Возможно, они страховались: если, мол, у "Джексонов" самостоятельная работа не пойдет, они попробуют превратить меня в этакую дойную корову, которую можно использовать до конца Моей жизни. Это можно счесть подозрительным, по я по опыту Знал, что .люди денежные всегда хотят знать, что происходит с их деньгами или может произойти и как вернуть вложенный Капитал. Наверное, это правильно, В свете того, как все повернулось, я удивляюсь, что так думал, но тогда подобные мысли казались вполне обоснованными. Альбом под названием "Судьба" принес нам самый большой успех, и мы уже знали, что достигли той точки, когда люди покупают твои пластинки, так как знают, что это хорошая группа, и знают также, что ты выкладываешься в каждой песне и в каждом альбоме. И мне хотелось, чтобы мой первый сольный альбом был как можно лучше. Мне не хотелось, чтобы "Слезой со стены" звучал как выдержки из "Судьбы". Поэтому я решил нанять продюсера со стороны, который подошел бы к этому проекту без предубеждения. Мне также нужен был человек с хорошим слухом, который помог бы отобрать материал, так как у меня не было времени, чтобы написать для обеих сторон пластинки такие песни, которым и бы я гордился. Я понимал, что публика хочет иметь больше двух хороших синглов в альбоме, особенно в дискотеках, где берут большие куски, к тому же мне хотелось, чтобы мои фанаты остались довольны.

Вот почему Куинси Джонс оказался наилучшим продюсером, какого я только мог пожелать. Друзья Куинси звали его "Кью" из-за его пристрастия к барбикью, или шашлыку. Когда мы закончили запись "Слезай со стены", он пригласил меня на концерт своей оркестровой музыки в "Голливудскую чашу", но я тогда был настолько стеснительным, что простоял все представление, наблюдая из-за кулис, как в детстве. Куинси сказал, что ожидал от меня большего, и с тех пор каждый из нас старался считаться с представлениями другого.

Когда я позвонил ему и спросил его совета о продюсере, он стал перечислять тех, кто этим занимается, – с кем я смогу работать и с кем у меня будут неприятности. Он знал все обо всех – кто занят, кто будет слишком вялым, кто будет "нажимать на металл". Он знал Лос-Анджелес лучше, чем мэр Брэдли, он был в курсе всего. Он был неоценимым гидом по части джазовых аранжировок, оркестровок, музыки к фильмам, человеком, которого люди считали аутсайдером в отношении поп-музыки. Я был так счастлив, что этот аутсайдер оказался добрым другом и к тому же идеальным продюсером. Он мог выбирать среди уймы своих талантливых знакомых, и, будучи сам блестящим человеком, умел слушать.

<<< Содержание >>>

Страница 24

 

 

 
Copyright © 2009- "Almanac"
Rambler's Top100